В Казахстане обсуждается новый этап конституционных реформ, затрагивающих структуру парламента. Профессор, президент аналитического центра Club of Brussels Мишель А. де Кемметер оценил возможный переход к однопалатному парламенту и обозначил ключевые вызовы и возможности предстоящих перемен.
15 марта 2026 года в Казахстане планируется референдум, на котором рассмотрят новую Конституцию и переход к однопалатному парламенту. По мнению Мишеля де Кемметера, текущие реформы идут двумя параллельными волнами: первую инициировали после событий января 2022 года (пакет «Новый Казахстан»), вторая связана с предстоящим всенародным голосованием 2026 года.
Эксперт отмечает: несмотря на позитивные шаги — жёсткое ограничение президентского срока одним семилетним периодом и переход к смешанной избирательной системе при выборах в Мажилис и местные органы — остаются вопросы к практической реализации перемен. Среди них он выделил конкуренцию партий, работу СМИ, независимость судов, а также эффективность парламентского контроля над исполнительной властью.
По мнению де Кемметера, перемены могут привести либо к реальному усилению представительных институтов, либо к формальному переформатированию контроля над системой без качественного улучшения. Как эти перемены скажутся на современном устройстве власти — покажет время.
Профессор подчёркивает: переход к однопалатному парламенту не гарантирует большей демократичности — здесь важен баланс между скоростью принятия решений и системой сдержек и противовесов. К числу преимуществ он относит:
- ускоренное принятие законов и более прозрачную ответственность органов;
- меньше административного дублирования и снижение расходов;
- отказ от символических функций палаты, если та не обеспечивает реальный контроль.
Среди рисков — снижение уровня сдержек для исполнительной власти и ослабление территориального представительства, что особенно важно для крупных и разнородных стран.
Де Кемметер предлагает подходить к реформе прагматично. По его мнению, переход к однопалатной модели принесёт ценность для демократии, если одновременно появятся:
- усиленный парламентский контроль благодаря комитетам (право вызывать на слушания, проводить расследования, контролировать бюджет);
- настоящая избирательная конкуренция и жизнеспособная оппозиция;
- независимая судебная система, способная ограничивать власть;
- эффективное территориальное представительство — через местное самоуправление или отдельный региональный форум.
Профессор привёл пример Бельгии, где формально действует двухпалатная система, но после реформы 2014 года Сенат исполняет ограниченные функции как представительный орган регионов. В Брюсселе законы принимает Палата представителей, а Сенат привлекается лишь к рассмотрению особых вопросов, что приближает модель к однопалатной системе.
Однако эксперт жёстко оценивает эффективность работы бельгийских институтов: по его словам, страна сталкивается с проблемами гиперрегулирования и демографическими вызовами, тогда как гибкости и политической решимости не хватает для адаптации к новым мировым реалиям.
Отдельно Мишель де Кемметер отмечает: Казахстан сегодня имеет «историческую возможность» для трансформации на фоне мировых геополитических сдвигов. Среди преимуществ — молодое общество, опыт учёта ошибок западных институтов и значительный ресурсный потенциал.
Как утверждает профессор, Казахстан способен сконцентрироваться на развитии современных индустрий: управление водой, энергетика, образование, инклюзия, устойчивый рост, здоровье. Новые модели могут позволить стране занять позицию лидера и экспортёра эффективных решений в глобальном масштабе.
Напомним, ранее политические реформы в стране обсуждали и другие международные эксперты. Например, французский специалист отмечал вопросы баланса власти (подробности).